— Нужно было бы заслушать его объяснение и проверить донесение, — сказал кто-то.
— Он здесь в городе, только что приехал. Его можно вызвать.
— Необходимо вызвать. Он все же авторитетен в армии.
— Товарищ Крышкин, вызовите немедленно Воронина. А нам тем временем доложит товарищ Васяткин о состоянии N-ской дивизии.
Васяткин поднялся, снял очки улыбаясь и щуря близорукие глаза, сказал:
— Плохие настроения, товарищи. Солдаты рвутся домой в Россию. Революционное сознание заставило их помочь советизации края. Но постоянно быть здесь они не намерены. Солдаты за четыре года не виделись с семьями.
— Нужно удержать дивизию, пока контрреволюция окончательно не будет уничтожена, — заявил Полноянов.
— Удержать почти невозможно. Но дивизионный комитет приложит все силы.
— Это нужно сделать… Но вот, кажется, и сам Воронин.
В комнату вошел стройный казак, одетый в белую черкеску и папаху. Поверх одежды красовалось золотое оружие.