-- Ты что, батюшка, верно, недавно еще в сей обители? -- спросил он.
-- Я не отселе, великий княже. Я из села Коломенского... Духовник я покойного... -- с низким поклоном промолвил Митяй.
-- Так... То-то мне и лик твой незнаком, -- сказал Дмитрий Иоаннович и еще раз окинул взглядом отца Михаила.
Ему понравился этот высокий священник с его красивым, умным лицом, с его медлительною, тихою речью.
-- Пойдем помолимся об опочившем, -- сказал князь.
Все прошли в келью.
Прозвучали скорбные слова панихиды.
Потом гроб подняли и понесли в собор. В числе несших был сам Дмитрий Иоаннович.
На заупокойную обедню и отпевание в храм прибыл сам владыка -- святой Алексий митрополит. Он был уже очень стар -- ему шел девятый десяток, -- но, хотя стан его сильно качнулся вперед, хотя руки старчески дрожали, однако глаза были ясны, как у юноши, и светились кротостью и умом.
Торжественно раздавались по храму слова молений.