Татары дрощули, стали отступать, сперва медленно, потом все скорее.
Еще раз собрались, чтобы дать отпор, не выдержали и вдруг побежали, охваченные ужасом.
На бегу оборачивались, наносили удары и... вновь бежали.
Мамай, наблюдавший с кургана, заскрежетал зубами и воскликнул:
-- Велик Бог христианский!
И поскакал с поля битвы.
Кореев ринулся в битву вместе со всеми.
Его бердыш работал на славу, а рядом тяжко бухала дубина Андрона.
Вдруг какой-то конный татарин сбоку ударил его бердышем.
Удар был неожиданным, и юноша не успел прикрыться щитом. Шлем погнулся, в глазах потемнело.