Поднялся с лавки и зашагал по комнате.
Старик отскочил к двери и забормотал с покорным видом:
-- Ведь я не говорю, чтобы беспременно. Я сказал, коли не бояться греха. А мы, вестимо, хрестьяне православные, мы греха боимся. Я так к слову, тоись... А ты меня сейчас уж и сатаной.
Некомат ходил, опустив голову. Лицо его словно потемнело. В глазах выражались тревога и злоба.
Вдруг он круто остановился перед Пахомычем и спросил:
-- Ну, а... ну, а как было бы можно?
Ключник встрепенулся.
-- Как? Придумать недолго. Кликни -- руки найдутся... На воров-душегубов свалим, -- прошептал он.
-- Где найдешь? -- напряженно шептал купец. -- Да после эти же руки, может, и к нашему горлу потянутся?
-- Не посмеют потянуться. Устроим. У меня, сказать правду, на примете есть.