Кончилось тем, что ему едва удалось убежать в Вильну.
Жена Ольгерда, тронутая несчастиями брата, просила мужа оказать помощь ему.
Воинственный князь литовский в то время "скучал миром".
Он внял просьбам жены, и Литва снова двинулась на Русь.
Однако результат этого зимнего похода был не тот, что прежде.
Правда, литовцы добрались до Москвы беспрепятственно и опять расположились под кремлевскими стенами, но вскоре они увидели себя окруженными русскими войсками, готовыми ударить на них по первому знаку.
Ольгерд тогда попросил вечного мира, но Димитрий Иоаннович согласился только на перемирие -- с декабря до июля месяца.
Князь литовский ушел домой, а Михаил Александрович, покинутый им на произвол судьбы, опять кинулся к Мамаю и опять получил от него ярлык на великое княжение владимирское. [Великокняжеским городом считалась в то время еще не Москва, а Владимир.]
Он явился на Русь с послом ханским Сарыхожей, но не был признан ни владимирцами, ни другими подданными московского князя.
-- У нас есть великий князь... Иного не ведаем, -- получал всюду он ответ.