-- Прежде никогда не бывал у меня?
-- Впервой его увидели. И чудной какой-то -- по облику будто и из бояр, а одеждой на холопа смахивает.
-- Кто ж бы это мог быть? -- раздумчиво пробормотал Степан Степанович. -- Пойти поглазеть, -- добавил он, поднимаясь с постели. -- Квас-то снеси в светелку, -- приказал он холопу.
Марк Данилович уже с добрый час ожидал пробуждения своего дяди. Он нарочно не сказал холопам, кто он такой, желая поразить Кречет-Буйтурова радостной неожиданностью. Ожидая, он готовился, как только дядя появится, кинуться к нему на шею. Однако, когда Степан Степанович наконец появился -- заспанный, с всклокоченными волосами, хмурый и недовольный, -- у Марка отпала охота к такому приветствию, и он только низко поклонился. Кречет-Буйтуров кивнул ему головой, тяжело опустился на лавку, зевнул, окинул взглядом своего гостя и хрипло промолвил:
-- Что надо?
Марк Данилович почувствовал, что как будто робеет.
-- Я, видишь ли, к тебе... потому самому, что я -- твой племянник... -- пробормотал он.
-- Как ты сказал? -- спросил, весь подавшись вперед, Дядя.
-- Племянник твой...
Степан Степанович открыл рот от изумления; потом, окинув еще раз с ног до головы Марка, принял равнодушный вид и холодно промолвил: