Она почти каждый день, как будто случайно, встречалась с Ильей, Заговаривала с ним и целый ушат клеветы выливала на голову бедной девушки. Разговор она заводила исподволь: сперва начинала жалеть "бедную Груньку", потом следовало: "а только, знаешь, и сама она..." и черная клевета слагалась нить за нитью в крепкую сеть.
Илья посылал Таську Рыжую ко "всем чертям", обрывал ее, говорил, что она врет, даже бросался на нее с кулаками. Она уходила с оскорбленным видом, бормоча:
-- Мне что ж! Я ведь для тебя... Коли хочешь, так пусть она тебя за нос водит.
А Илья оставался мрачный, расстроенный. Он не верил, не хотел верить, но сбмнение против воли уже шевелилось в его уме.
"А что, если и впрямь?" -- мелькала мысль, но он гнал ее, как недостойную.
А на другой день новые нагороры, новые муки. Злое семя было брошено и давало всход.
-- Жаль Груньку, -- сказала однажды Илье Таська Рыжая.
-- Ну, что еще? -- недовольно спросил он ее.
-- Совсем пропадает девчонка!
-- Опять брехать начнешь?