У Груши мелькнуло что-то вроде подозрения. Ей вдруг почему-то стало страшно идти за ключником.
-- Лучше б ты здесь сказал... -- пробормотала она.
-- Да иди, иди, глупая! Чего там!
Волей-неволей Аграфене пришлось следовать за ключником. Он прошел сени, свернул в светлицу и перешел ее.
-- Куда ж ты, Иван Дмитриевич? -- недоумевая, пробормотала девушка.
-- Иди, иди! Знаю, что делаю, -- отозвался он, направляясь к боярской опочивальне, дверь которой была заперта. Тут он приостановился.
-- Ну, девка! Клад тебе в руки дается, -- сказал он.
-- Какой клад?
-- Да... Только дурой не будь, вот что. Будешь боярыней жить...
Груня догадалась и побледнела.