-- Беда стряслась, боярин!
-- Что такое?
-- Аграфену мертвой нашли -- грудь в двух местах просажена, и Илья Лихой пропал.
-- Гм... Вот дело! Жаль девку, красивая была! Ну, что делать! Царство ей небесное! Свезите на погост. А Илью разыскивать пошли.
-- И то уж послал.
Илью Лихого разыскивали долго, но не нашли. Он словно в воду канул.
XXV. "Счастье -- это мгновение"
Когда в их дом принесли Марка Даниловича, истекающего кровью, избитого, израненного, Таня, наперекор запрещениям мачехи, сделалась самой внимательной сиделкой больного.
-- Здесь нет боярина молодого, здесь есть только болящий, -- отвечала она на приказания Василисы Фоминишны удалиться и настояла на своем. Мачеха ничего не могла поделать с ее упрямством.
Кречет-Буйтуров долго находился между жизнью и смертью, наконец крепкая натура осилила болезнь. Когда он пришел в себя, первое, что он увидел, было лицо Тани. Еще грезы мешались с действительностью; он еще не сознавал, где он, кто перед ним.