-- Он! -- тихо шепнул Джованни.
-- Синьор Эрнесто! Что долго тебя сегодня не было видно? -- встретил его Антонио. -- А я вот тут беседовал с милыми людьми да все нет-нет и подумаю: "Что это синьор Эрнесто не идет?" Налить кружечку? Я уж знаю какого -- покрепче? Да?
-- Дела, брат, дела не позволяли. Ты ведь знаешь, какой пост я занимаю...
-- Важный пост, важный! Ответственный! -- сделав серьезное лицо, заметил Антонио.
-- То-то и есть, -- продолжал Эрнесто, ища глазами место, ще бы присесть. Но все места были заняты.
Тюремщик, кажется, думал уже примоститься подле стены, стоя, когда ему на помощь явился Беппо. Он тихо, но так, чтобы мог слышать Эрнесто, сказал Антонио:
-- Быть может, этот синьор с таким красивым и приветливым лицом не откажется разделить с нами компанию? Мы были бы весьма рады угостить его парою кружек доброго вина, сочли бы для себя за честь -- по всему видно, он -- немалая птица.
Как большинство некрасивых людей, тюремщик воображал себя красавцем; поэтому замечание Беппо об его наружности пришлось ему очень по сердцу и заставило самодовольно задрать нос, а данный ему хитрым приятелем Марка чин "немалой птицы" заставил его раздуть щеки и поднять плечи -- этим, казалось ему, он придает себе очень важный вид.
-- Эрнесто! Тебя приглашают эти добрые люди выпить с ними, -- передал хозяин тюремщику предложение Беппо.
-- Весьма охотно! По крайней мере, мои денежки останутся целы, ха-ха-ха! -- ответил тот.