На самом деле еще можно было помедлить, но ему невтерпеж стало смотреть на поцелуи Марка и Бригитты. Марк вырвался из объятий Бригитты и почти бегом, не оборачиваясь, кинулся к двери. Вспрыгнуть в лодку было делом одной минуты.
-- Отчаливай скорее, Бога ради! Промедлим -- не выдержу и останусь, -- крикнул он товарищу. Беппо опустил весло в воду. Еще раз перед Марком мелькнули в растворенных дверях освещенной комнатки дорогие ему лица учителя, Бригитты, Джованни и скрылись во тьме. Гондола неслась стрелою по тихой воде. Марк взял весло и стал помогать своему другу.
Только к рассвету возвратился Беппо.
-- Один? -- спросили его в один голос и старик, и Джованни с сестрой. Что-то дрогнуло в их голосе, когда они спрашивали: казалось, в их сердце еще была надежда, что, может быть, Марку в эту ночь не удастся уехать. Но ответ Беппо отнял эту надежду.
-- Один, -- ответил он и, швырнув в угол шапку, мрачный и задумчивый, опустился на скамью.
Некоторое время все молчали. Первый заговорил Джованни:
-- У моей сестренки есть кое-что тебе передать.
Беппо встрепенулся:
-- Что такое?
Бригитта, краснея, еще хранившая на своем лице остатки слез, подошла к нему.