Странное дело, когда он в первый раз крал, ему было стыдно, а теперь — ничего, и даже весело показалось одурачить старуху. «Все равно, — думает, — краденые».
Посмотрел он еще, нет ли чего съестного. Заглянул в другую миску — там плавал в воде кусок масла.
Юсуф взял его, сунул за пазуху, одернул рубаху, чтобы не было очень заметно, и спокойно вышел из юрты.
Подойдя к костру, он опустился перед ним на землю, протянул к огню ладони и принялся расспрашивать старуху про дорогу. Вдруг он заметил, что старуха уставилась на него и глаз не сводит. Он поднял руку к голове, потом глянул себе на грудь и… смешался.
Масло, нагревшись от костра, растаяло и темным пятном выступило сквозь рубаху.
Старуха не сводя с него глаз, быстро перегнулась через костер и сдернула шапку.
Яйца выпали и покатились по траве.
— Вор ты, вор! — громко закричала старуха.
Вскочил Юсуф, хотел бежать, а старуха прыгнула к нему, вцепилась в плечо, не пускает.
Видит Юсуф — из юрт народ выскакивает, бабы молча бегут к нему, на ходу колья хватают — веревки. За ними ребята — визжат, улюлюкают. Окружили Юсуфа, норовят на шею аркан накинуть.