Лиззи заболела
Порой, прогуливаясь вдоль дворца, на земле можно увидеть опавшие семена осин или берез, листья – словно мазки на снегу.
А в сосновом радуют глаз веселые белочки. Для них и птичек везде сотворены заботливыми руками плотников кормушки. Идешь, и любуешься, как в домике-теремке на этажах белочки спокойно поедают еду, а довольные воробушки после старших птиц доедают остатки круп.
Однажды, прогуливаясь с Лиззи, они решили взять салазки и с другими детишками спустились к речке. Дети слуг и деревенские, давно привыкшие к ним, были с ними наравне и попадало девочкам, как и всем. И снежок, брошенный кем-то нечаянно и в лицо залетит, и за шкирку, ведь пальтишко может распахнуться, не до этого, игра важней. То на горке толкнут, нет, нарочно никто никого и никогда не делал другому больно и не вредил специально, дети есть дети. Никто тогда и не вспоминал, что играют с детьми из королевства, потому что правильно воспитанная матерью при поддержке отца, и продолжила традиции няня и окружение, никогда не задавалась и не напоминала о себе.
После очередной такой игры на следующий день няня сказала, что Лиззи не сможет выйти даже к ней, потому что у нее заболело горло. Ведь Лиззи, как и другие закаленные деревенские и дворовые детишки, вместо воды ела снег. Элизабет повезло, выходит, потому что попробовала снег, он ей просто не показался водой, и ей приходилось лучше помучиться и доиграть в бегах и поту, чем ест снег. Она решила, что дома с удовольствием выпьем три кружки чая с любимым медом.
Ах, бедные мои девочки! Лиззи и Элизабет! Как они тосковали друг по дружке. Принцессу словно подменили – она больше проводила время в своих покоях за чтением книг. На чердак она зимой не ходила – нежилая часть дома не отапливалась. Но она просто просила разрешения сбегать, поздороваться с комнатой, и обещала не задерживаться. Так оно и было. Она попросила папу убрать доски с окна, потому что ей хотелось, чтобы комната мамы всегда была светлой! А когда много солнца, то и тепла больше, когда тепла больше идет от людей, то и добрей люди становятся. «При солнышке – тепло, а при матери – добро!»
Так, неделю провела принцесса за чтением книг, за скучной однообразной пешей прогулкой по саду, за воротами, даже играть с другими детишками как-то не пошло.
Лиззи передавала приветы и ответные рисунки принцессе, а подружка писала ей трогательные письма, и в конце желала скорейшего выздоровления.
То ли сильное желание Элизабет и тоска по ней Лиззи, то ли от добрых слов переписки, как-то магически действовали на обеих, и нянечка заявила, что внучка быстро пошла на поправку, и она скоро может сделать визит в комнату к Лиззи, но ей пока после болезни еще нужно полежать – прийти в себя: попить куриного бульона, пить чай с медом и лимоном, или с малиновым вареньем.
Но вот прошли две недели, а подружка все не поправлялась. Даже бульоны ей надоели. Доктор сказал, что у него нет такого лекарства от ее непонятной болезни.