Часть первая.

І. ДѢТСТВО

Въ половинѣ шестнадцатаго столѣтія, на одномъ изъ зеленыхъ склоновъ Сіерры-Морены, подъ тѣнью группы пробковыхъ деревъ, съ каменистыми возвышенностями и дикими, бурыми пустынями, тянувшимися позади его, стоялъ замокъ, и тогда уже старый и пострадавшій отъ времени.

Небольшого размѣра, но когда-то это было сильно укрѣпленное мѣсто, хотя по нашамъ современнымъ понятіямъ объ удобствахъ, внутренность его не могла представлять собою особенно пріятнаго жилища. Большая часть постройки была занята громаднымъ вестибюлемъ, стѣны котораго были увѣшаны вылинявшими, но хорошо сохранившимися коврами и уставленнаго тяжелыми дубовыми столами, креслами и скамейками, съ вычурной рѣзьбой, носившими слѣды глубокой старины. Узкія, безъ стеколъ, щели въ толстой стѣнѣ пропускали сюда свѣтъ и воздухъ; около одной изъ нихъ стояли два мальчика и слѣдили за лившемъ безъ перерыва дождемъ.

Они были одѣты совершенно одинаково, въ широкихъ синяго сукна курточкахъ, правда, изъ матеріи домашняго издѣлія, но такъ хорошо сшитыхъ, что онѣ сидѣли на нихъ лучше другого болѣе дорогого платья. На нихъ были длинные шелковые чулки и ихъ манжеты и большіе воротнички изъ тонкаго голландскаго полотна были тщательно накрахмалены и гофрированы. У старшаго,-- красиваго мальчика, на видъ лѣтъ четырнадцати, но въ дѣйствительности моложе,-- были черные какъ смоль волосы, черные полные энергіи глаза, правильныя, но рѣзкія черты и смуглое отъ природы, сильно загорѣвшее лицо. Болѣе широкій лобъ, большія ноздри и слабѣе очерченный ротъ отличали болѣе нѣжнаго по сложенію его брата, у котораго волосы были свѣтлѣе и лицо менѣе смуглое.

-- Дождь... все дождь! Неужто онъ никогда не перестанетъ? -- воскликнулъ съ нетерпѣніемъ старшій, котораго звали Жуаномъ, или по его полному титулу (и сильно бы онъ разсердился, еслибъ кто посмѣлъ укоротить его),-- Донъ Жуанъ Родриго Альварецъ де-Сантилано-и-Менаня. Въ его жилахъ текла самая чистая испанская кровь: по отцу онъ происходилъ изъ благороднѣйшей кастильской семьи, по матери -- изъ одной древней астурійской фамиліи. Онъ хорошо зналъ это и гордо подымалъ свою молодую голову, несмотря на бѣдность и, что было еще хуже, на одну таинственную напасть, поразившую его домъ, затмившую блескъ его имени и которая привела за собою бѣдностъ вмѣстѣ съ другими болѣе важными бѣдами.

-- "Раннимъ вставаньемъ не ускоришь разсвѣта", и солнце не выйдетъ, потому что мы смотримъ на дождь,-- сказалъ сметливый Карлосъ, быстро усвоивавшій все, что онъ слышалъ и бывшій уже знатокомъ разныхъ поговорокъ, въ которыхъ сохраняется народная мудрость и которыя и теперь унаслѣдовала его раса.