-- Не настолько, какъ бы желалъ. Но пока оставимъ это. Что же д-ръ Эгидій укрѣпилъ ихъ въ новой вѣрѣ?
-- Да, сеньоръ; и онъ разными путями раскрылъ передъ ними истину.
-- А это загадочный человѣкъ, д-ръ Бланко?
Фра-Фернандо покачалъ своею головою.
-- Я не знаю, перемѣнилъ ли онъ свои мнѣнія или чувство страха заставило его скрывать ихъ. Я не берусь судить объ этомъ.
-- Вѣрно,-- сказалъ Карлосъ.-- Не намъ, которые еще не знали испытаній, судить о тѣхъ, которые пали подъ бременемъ ихъ. Но это должно быть ужасно, фра-Фернандо.
-- Какъ случилось и съ самимъ добрымъ докторомъ Эгидіемъ. О, сеньоръ, если бы вы могли видѣть его, когда онъ вышелъ изъ тюрьмы! Голова опущена, волосы совсѣмъ бѣлые; говорившіе съ нимъ передаютъ, что сердце его было совсѣмъ разбито. Но все же ему оставалось утѣшеніе и онъ могъ благодарить Бога, когда увидѣлъ, по выходѣ изъ тюрьмы, что истинное ученіе распространилось въ Севильѣ и Вальядолидѣ, особенно же здѣсь между братьями. Его посѣщеніе пастыря было неоцѣненнымъ даромъ для насъ. Но самый драгоцѣнный даръ,-- это когда мы получили Слово Божіе на родномъ языкѣ, доставленное намъ нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ.
Карлосъ въ волненіи посмотрѣлъ на него.
-- Мнѣ кажется я знаю, чья рука доставила его вамъ.
-- Врядъ ли вы могли не знать этого, сеньоръ. Конечно вы слышали о Юліанѣ эль-Чико.