Тяжко было ему сознавать, что, всегда выносливый и неутомимый, он сейчас почти падает от усталости. Папе не раз делалось плохо. Мы с Надей пугались.
— Ты не можешь идти на работу, ты совсем болен, — уговаривали мы его.
Но убедить отца поступиться своими обязанностями было невозможно. Превозмогая себя, он выходил на дежурство.
Но однажды он не смог подняться с постели. Мы побежали к Винтеру, и к нам в домик сейчас же прислали врача.
— Работать нельзя. Надо лечиться.
Врач посоветовал поехать в Липецк. Это было недалеко и, главное, недорого.
Кржижановский и Винтер помогли, и папа, совсем больной, уехал.
— Как же вы одни останетесь? — допытывался он. Мы беззаботно отвечали:
— О нас не волнуйся. Проживем здесь, пока ты поправишься.
Но мы тяжело вздохнули, проводив отца. Сейчас же после отъезда папы нам заявили, что квартиру в коттедже надо освободить. Мы растерялись. Как нам быть? Ехать в Питер — некуда. Квартира на Сампсониевском уже не наша.