За что они ненавидят друг друга, татары и армяне? Татары — это бедные амбалы, которые, согнувшись, переносят тяжести, рабочие, которые в Черном городе едят чурек, рассевшись на нефтяных трубах. Мне нравилось, как на их смуглых, выпачканных коричневым мазутом лицах ослепительно сверкали зубы. Рабочие всегда приветливо улыбались нам.
А армяне? Наш дворник в доме электростанции — армянин. Неужели его зарежут?
Или он сам пойдет убивать? Не может быть! Он всегда был добрым и не сердился, когда мы брали и прятали его метлу.
Я сижу тихо в углу чистенькой Дуниной комнатки. Мне, наверное, пора спать, но обо мне все забыли. Что-то вдруг оглушающе рвется за домом.
— Пожар! пожар! Горят промысла! — кричат в коридоре.
Папа, Ваня Назаров, служащие электростанции вбегают в комнату. Никогда я не видела отца таким гневным.
— Не допущу этого! — ударяя кулаком по столу, восклицает отец. — Трусы, шкурники! Я сам пойду и открою ворота! Понимаете — там дети!
— Но и у нас дети, — говорит кто-то в комнате. — А если ворвутся к нам и перережут наших детей?
— Пусть попробуют! Сумеем их встретить, — перебивает говорящего Ваня Назаров.
— Пойдем!.. — жестко и твердо произносит отец. — Я сам открою ворота.