Того, кто выкажетъ презрѣнье
Къ ихъ формѣ быта вѣковой,
Гнилой, стѣснительной и душной,
Но освященной благодушно
Привычки властію тупой.
Конечно, страхъ -- не извиненье,
Но вѣрьте мнѣ, я вамъ клянусь,
Что я не за себя боюсь:
" Толпы безсмысленной гоненья "
Давнимъ давно не страшны мнѣ --