Пылалъ любовью въ милой Польшѣ,
Всѣхъ меньше родину любилъ,
Всѣхъ больше школьникамъ кадилъ,
А главное, кто наименье
Безсмертныхъ истинъ и началъ
И строгихъ правилъ признавалъ,
Но всѣхъ почетнѣй въ "общемъ мнѣньи,"
Всѣхъ выше поставлялся тотъ,
Кто ничего не признаетъ.
Въ тѣ дни, терзаемъ злой кручиной,