-- Вынести его, -- приказал царь, -- а вы хватит плясать. Я думаю, пора и честь знать. Не вся братия нынче у вечерни будет. Ты больно печалишься об этом, отче?
В голосе его слышалась насмешка. Он, прищурясь, смотрел на Чудовского архимандрита Левкия, маленького человечка с одутловатым от пьянства лицом. Черная скуфейка совсем сползла ему на затылок; осоловелые глазки мигали...
-- С тобою государь говорит, -- толкнул князь Вяземский Левкия.
Тот встал и поклонился.
-- Ты, видно, туг на ухо; поди ближе, -- сказал царь.
Левкий подошел и, не поняв, в чем дело, стал говорить льстивые речи.
-- От тебя, государя, славы и почести так велики, что всякий басурман рад к тебе идти на службу...
Царь нахмурился.
-- То-то и бегут от меня холопы, -- сказал он презрительно.
-- А кто бежит, государь, -- продолжал Левкий, -- бежит страдник, пустой человек, из гноища взятый смерд... Тьфу!