Некоторые короли поддерживали частную инициативу, поощряя торговлю путем устройства ярмарок и рынков, освобождая ее от обложения и заключая торговые договоры с другими государствами, между прочим, и с Тлемсеном. Педро III в порядке восстановления старинного обычая свободной торговли между Арагоном и Кастилией предложил Альфонсу X укрепить торговые связи между обеими державами. В то же время в Генеральной Привилегии он подтвердил особые льготы для купцов, отменил налоги, снял запрещение вывозить сельскохозяйственные продукты, запретил взимать новые дорожные сборы, в особенности с хлеба и вина, и разрешил свободную торговлю солью и свободный вывоз всех товаров. Купцы, уплачивали пошлину ( lezda ), от которой никто из них не освобождался, даже лица дворянского звания. Однако полностью освобождалось от пошлин зерно, перевозимое по реке Эбро. И хотя Хайме II обложил его пошлиной в 1320 г., но городской совет Сарагосы выкупил этот сбор за 50 тыс. сольдо, причем была установлена пошлина в меньшем размере (три динеро с фунта) на вывозимое в Тортосу зерно. В начале XIV в. в Сарагосе был создан особый судебный трибунал — торговое консульство, которому Хуан I (1391 г.) поручил также надзор и наблюдение за судоходством на Эбро.

Торговля в Каталонии, столь интенсивно развитая уже в XIII в., продолжала необычайно быстро развиваться и в XIV и XV вв., что можно заключить на основании данных о внутреннем управлении Барселоны и других каталонских городов. Действительно, каталонские суда соперничают с итальянскими в торговле с различными странами Европы, Азии и Африки, расположенными на берегах Средиземного моря, и каталонские купцы ведут посреднические операции между этими странами. С другой стороны, сама Барселона и другие города Каталонии (например, Кастельон де Ампуриас) кишели провансальскими, генуэзскими, венецианскими и сардинскими судами, а в некоторых портах, например, в Сан-Фелиу де Гишольс, торговля в сущности находилась в руках итальянцев. Но каталонцы посылали свои суда в Италию, добиваясь там освобождения от пошлин, и имели в итальянских городах (в XIV в. в Генуе и Пизе) своих консулов. В то же время каталонцы утвердились во Фландрии; они проникли туда раньше итальянцев и в 1389 г. уже создали свою торговую биржу в Брюгге (венецианцы основали свою биржу лишь в 1415 г.). Каталонская торговля с северо-западными странами Европы была тогда весьма оживленной, что, в частности, отразилось на развитии картографии в городах Каталонии. Каталонцы дали первый эскизный набросок Ютландского полуострова и внесли исправления в карты балтийского, шведского и норвежского побережий. Картографы Каталонии и Майорки создали школу, которая затмила своими работами итальянскую. Известны карты мира и отдельных стран Солера, Месии де Виладестеса, Габриеля де Вальсека (карты последнего были раскрашены и позолочены), Роселля, Дульсета, Прунеса и анонимные карты, изданные в Барселоне, Таррагоне и Валенсии. Каталонцы установили также сношения с немецкими городами, в частности с Нюрнбергом и Ибирлигеном, что доказывается наличием в Барселоне немецких купцов, от одного из которых сохранилось любопытнейшее письмо, датированное 1383 годом.

Коммерческая политика Каталонии определялась потребностями в развитии торговли. Короли, сеньоры и города старались возбуждать и поддерживать частную инициативу, регулируя ярмарки и рынки и предоставляя им значительные привилегии. Разработан был весьма подробный устав ярмарки в Кастельоне де Ампуриас, причем на территории ярмарки распространялось право убежища для должников и преступников. Расширилась сфера деятельности морских консульств и сфера применения морских законов (указы Педро IV 1340 г.). Заключались и торговые договоры. Но все же деятельность каталонских купцов встречала препятствия, вызванные господствовавшими в то время экономическими воззрениями. Часто накладывались ограничения на продажу товаров, устанавливались преимущественные права для определенных категорий лиц, ведущих торговые операции. Так, со складов пшеницы в городе Ла Бисбале должен был сперва продаваться урожай епископа и лишь после этого — урожай крестьян. Мелочная техническая регламентация производства дошла до абсурда; она была значительно более развита в Каталонии, чем в других государствах полуострова, и сильно тормозила развитие ремесла, хотя по идее своей должна была стимулировать его и обеспечивать высокое качество продукции. Налоги, несмотря на обилие вышеуказанных изъятий, были многочисленны, а некоторые и весьма тяжелы, например, лезда, уплачивавшаяся до 1477 г. замку Тамариту, — подать, которую удалось выкупить лишь за 1350 барселонских ливров у епископа Таррагоны, тогдашнего сеньора замка. Дух протекционизма проявлялся иногда чересчур сильно в пользу одних городов и в ущерб другим, примером чему может служить разрушение ряда сукновален в графстве Ампурдан, осуществленное по приказу короля Мартина под предлогом, что эти предприятия не имели надзирателей и выпускали сукна не «такой ширины и цвета», как мастерские Кастельона. Барселона в силу особых привилегий, вызванных необходимостью снабжать город привозным хлебом, могла захватывать грузы зерна, причем в столичный порт насильно приводились корабли, плывшие мимо берегов Каталонии. Весьма распространено было и пиратство, наносившее большой ущерб торговле, несмотря на то, что оно упорно преследовалось. Многие пираты были родом из Каталонии и совершали свои набеги, доходя до берегов Италии, где каталонцы приобрели в ту пору дурную славу. Не более безопасными — были сухопутные дороги из-за гражданских войн между феодалами и городами и нападений многочисленных разбойничьих шаек, которых плодили эти войны.

Валенсия во многих отношениях была соперницей Барселоны. У нее имелся значительный флот, а развитию торговли благоприятствовало создание в 1283 г. морского консульства со своим собственным кодексом, как в Барселоне и Тортосе. Валенсия, Кульера и Дения были основными портами; первый из них особенно активно посещался множеством судов всех национальностей, и главным образом итальянских. В Италии валенсийцы пользовались хорошей репутацией. Свидетельством богатства валенсийского купечества была торговая биржа — одно из интереснейших гражданских сооружений того времени. А вексельные операции валенсийцев, которые производились в этом городе раньше, чем в других районах (уже в 1376 г.), подтверждают наличие разветвленных торговых связей и большого кредита, которым пользовались как купцы, так и город в целом, представляемый своими присяжными, которые иногда вынуждены были вмешиваться в закупку зерна и другого продовольствия. Валенсия, по-видимому, склонялась к свободе торговли, о чем свидетельствует противодействие, оказанное городом указу Альфонса IV, запретившего провоз товаров на иностранных судах (по просьбе Барселоны); валенсийцы имели основания опасаться, что подобная мера приведет к росту издержек на фрахт.

Протекционизм Барселоны. Барселона была не только главным торговым и промышленным городом Испании в тот период, но и характерным представителем экономической политики Каталонии. Политика эта нашла свое выражение не только в тех мерах, которые были приняты относительно иностранных судов и для снабжения города зерном, но и в препонах, постоянно чинившихся ввозу иногородних товаров. Так, до 1491 г. была запрещена продажа иностранных сукон, и хотя советники пытались снять это запрещение, но этому воспротивилась Генеральная Депутация. Протекционистская политика распространялась на изделия, которые производились в Каталонии, но не на товары чужеземного происхождения. Так, например, за тонкими сукнами те же советники без колебаний обращались в Перпиньян, а вывоз пшеницы, импорт которой даже поощрялся премиями, практически был совершенно запрещен, так как вывозные пошлины на нее были чрезвычайно высоки. Правда, эти меры вызывались тем, что необходимо было снабжать хлебом многочисленное население (особенно значительное в Барселоне), чтобы избежать голода, который часто свирепствовал в Европе и влек за собой чуму и другие болезни. Следует добавить, что Барселона, бывшая оптовым скупщиком пшеницы, не только содействовала закупке хлеба, оказывая поддержку другим городам (такое содействие было, например, оказано городу Кальеру в Сардинии в 1478 г.), но и раздавала его соседним и иностранным городам, когда возникала угроза порчи зерна в государственных амбарах. Иногда же город обязывал пекарей покупать хлеб из государственных запасов.

Запрещение вывоза зерна отнюдь не всегда приветствовалось купцами. Иной раз и сама Депутация (которая придерживалась в данном случае одного из экономических принципов того времени, полагая, что единственным богатством нации являются наличные деньги), протестовала против этого запрета и требовала его отмены во избежание значительной утечки звонкой монеты из страны, которая не компенсировалась поступлениями за вывезенные товары. Но свободный вывоз зерна производился всего лишь два года — с 1480 по 1482 г.

Для политики Барселоны характерны формы, в которых проявлялась забота о развитии торговли. Город то поощрял частную инициативу, то опекал се, создавая особые органы надзора за деятельностью купцов. С 1249 г. торговой юрисдикцией обладал Совет Ста, вместе с двумя морскими консулами, его делегатами. В 1347 г. права юрисдикции перешли к вновь организованному морскому консульству, которое основано было в Барселоне позже, чем в Валенсии и Тортосе. Морское консульство ведало не только делами, связанными с торговлей на море, но и защитой судов от пиратов. Это не исключало вмешательства в торговые дела со стороны Генеральной Депутации и советников, о чем свидетельствуют приведенные выше случаи. Именно советникам принадлежала важная прерогатива назначения консулов — торговых представителей Каталонии за рубежом. На эту должность назначались лица безукоризненной репутации. В пользу консулов со времен Хуана I взималась особая пошлина со всех товаров, продаваемых или покупаемых подданным арагонской короны. Консулы были не только судьями и торговыми агентами, но и опекунами и защитниками за границей личности и имущества своих соотечественников. Советники содействовали также внедрению новых отраслей производства, например, в 1441 г. они законтрактовали на четыре года двух пикардийских мастеров для обучения ткачей шелка; они заботились о восстановлении пришедших в упадок ремесел, например, производства хлопчатобумажных тканей. В этой отрасли насчитывалось в XIV в. 300 мастеров и 12 цеховых консулов. Как Генеральная Депутация, так и Совет Ста имели в своем распоряжении для ведения торговых дел особых должностных лиц — финансовых агентов и технических служащих — факт, свидетельствующий, что ремесло и торговля были основным занятием населения Каталонии и особенно жителей Барселоны.

Благодаря всем этим мероприятиям богатство Барселоны достигло максимума и создалась подлинно могущественная торговая буржуазия. В Барселоне существовали так называемая Taulade cambi — контора по размену — и ломбард (1401 г.), учреждение, которое впоследствии создали также у себя Перпиньян, Мапреса, Херона, Вик и Лерида.

Мосты, дороги, транспортные средства, оросительные системы, почта. В XIII–XV вв. было сооружено много мостов: через Эбро в Сарагосе, мост св. Троицы в Валенсии (оба в XV в.)· Еще ранее осуществлена была постройка мостов в тех же городах, как о том свидетельствуют сарагосский документ от 1269 г. и валенсийский от 1336 г., причем этот последний представляет собой своеобразный договор на постройку моста. При сооружении моста в Сарагосе были использованы частные ссуды, средства от займов принудительного порядка и пособие короля, выданное специально для этой цели. Имеются сведения о сооружении нескольких значительных мостов в Каталонии как за счет сеньоров, так и за счет городов, например, моста в Пераладе через реки Орли ну, Льобрегат и Мугу, которые там сливаются; мостов в Кастельоне де Ампуриас и в Тороэлье — через Тер. На содержание и починку мостов обычно предназначались доходы от мостового сбора ( pontazgo, barra ), который платили все путники, как верховые, так и пешие. Жители Каталонии проявляли не меньшую заботу о своих портах. Наиболее значительный порт Каталонии — Барселонский — в XIV в. был расширен: сооружены были корабельная верфь и здание арсенала; но, поскольку эти работы не могли удовлетворить потребностей все возраставшей морской торговли, решено было построить хороший искусственный порт, для сооружения которого Альфонс V (1439 г.) предоставил советникам Барселоны право взимать сбор за якорную стоянку — первый случай установления подобного сбора, известный в Испании. Работы были закончены в том же XV в.; к участию в них были привлечены итальянские и греческие специалисты. Были построены также плотины и речные пристани на Эбро — во Фликсе и Черте (1447 г.) и склады и амбары для зерна в Мирамаре и Баниольсе. Расширены и улучшены были существующие дороги и проложены новые (тракт от Серверы до Игуалады и Барселоны и большая проезжая дорога для связи с Арагоном).

В XV в. началось строительство искусственного порта в Валенсии, с деревянной пристанью.