Стало солнце всходить; подошла она к дереву и вставила рог обратно в дыру.
Да, видно, когда паслась, ухватила Матушка Корова лишний пучок травы, потому что, только вставила она рог в дыру, глядь — а Братец Кролик сидит на заборе и смотрит на неё.
— С добрым утром, — сказал Кролик. — Как себя чувствуешь, Матушка Корова?
Он спрыгнул с забора и поскакал к ней поближе: липпити-клиппити, липпити-клиппити…
— Плохо, Братец Кролик, совсем никуда, — сказала Матушка Корова — Всю ночь промаялась. Никак не вытащу рог. Вот ухватил бы ты меня за хвост, я бы вырвалась как-нибудь, Братец Кролик.
Тут Братец Кролик подошёл немножко поближе, но не очень-то близко.
— Дальше нельзя мне, — сказал он. — Ты ведь знаешь, я слабоват. Могу надорваться. Ну-ка, Матушка Корова, ты тяни, а я понатужусь!
Тут Корова вырвала рог да как припустит за Кроликом! Понеслись они по дороге; Кролик — ушки назад, а Корова — к земле рога, хвост крючком. Кролик вперёд ускакал, да вдруг с разлёту — в терновый куст. Подбежала Корова к кусту, а из-под куста голова торчит — глаза большие, как пуговки.
— Здравствуй, Матушка Корова! Далёко ли бежишь? — спросил Братец Кролик.
— Здравствуй, Братец Большие Глаза! — сказала Матушка Корова. — Не пробегал тут Братец Кролик?