– А что я буду есть? – прокричал тапир, убегая.
– Листья станешь жевать, грязь соленую лизать будешь! – отвечал месяц.
– Впрочем, – добавил он, – это все для простых тапиров. А сам ты замрешь недвижим, а если вдруг шевельнешься – вся земля задрожит! Никто не посмеет к тебе приближаться, кроме сильных шаманов вроде меня. Шаманы же станут пить волшебный отвар, обретут новое зрение и смогут лицом к лицу говорить с тобой!
Потом месяц принял облик красивого длинноволосого юноши и стал по ночам посещать обеих сестер. Жена не узнала бывшего мужа. Женщины решили мазать лицо любовника сажей, но тот каждый раз умывался и отличить его от других мужчин наутро не удавалось. Однако темный плодовый сок смыть не удалось – все и увидели, что это месяц. Старшая сестра отказалась от него наотрез, а младшая хоть бананового пива дала.
Однажды пошли все купаться – а воды нет. Воду спрятал моррокой, птица вроде вороны. Месяц пошел в заросли бамбука и давай их рубить – на месте зарослей забурлил широкий поток. Старшая сестра поплыла к берегу, но месяц спихнул ее вниз с обрыва. Тогда женщина впилась за полузатопленную пальму. В тот же момент месяц произнес заклятие:
– Ты навсегда останешься среди вод, а как попробуешь выбраться на сушу, разразится страшная буря. Никто не посмеет к тебе приблизиться, кроме сильных шаманов воде меня. Шаманы же станут тебя просить прекратить бурю, либо усилить ее!
– А ты, – повернулся месяц к младшей сестре, – отправишься в страну мертвых и будешь готовить еду и напитки покойникам. Ты станешь матерью живых и покровительницей усопших!
Моррокою месяц предрек:
– За то, что воровал воду, будешь есть гнилые листья, отбросы, дохлую рыбу!
С тех пор моррокой страдает.