ЛЕПОРЕЛЛО. Дьяволъ, можетъ быть, но Донъ Жуанъ... Ахъ, вы не знаете моего барина!
ДОНЪ РИНАЛЬДО. Такъ неужели же уступить ему безъ бою наше сокровище?
ЛЕПОРЕЛЛО. Слушайте, оставьте кровавые замыслы. Во-первыхъ, они обратятся противъ насъ же самихъ, во-вторыхъ, если бы и удались... мнѣ жаль Донъ Жуана, -- все-таки, этотъ сорви-голова былъ для меня очень добрымъ бариномъ. Я принимаю вашъ планъ, но не для того, чтобы повредить Донъ Жуану, но лишь чтобы проучить его немножко. Онъ хотѣлъ посмѣяться надо мною -- мы посмѣемся надъ нимъ. Пусть его имѣетъ у Габріэллы полнѣйшій успѣхъ...
ДОНЪ РИНАЛЬДО. Да вы -- старый колпакъ послѣ этого.
ЛЕПОРЕЛЛО. Пусть, говорю я. Я, который одинъ имѣю въ этомъ случаѣ право голоса. Пусть, пусть, пусть!
ДОНЪ РИНАЛЬДО. А я говорю: пусть онъ раньше вторично провалится сквозь землю!
ЛЕПОРЕЛЛО. Онъ провалится гораздо ниже, любезный донъ Ринальдо. Онъ провалится въ своемъ собственномъ мнѣніи. Пусть, повторяю я, онъ овладѣетъ Габріэллою, но Габріэллою будетъ -- кривая Маріанна.
ДОНЪ РИНАЛЬДО. Какая идея...
ЛЕПОРЕЛЛО. Недурна, не правда ли?
ДОНЪ РИНАЛЬДО. Она достойна была придти въ голову получше вашей.