-- Дело-то прибыльное.
-- Так-то так, однако и ходить вокруг него надо много... Живем, слава Богу, и без рыушюв, а всех денег, братец ты мой, в один карман не огребешь!
-- Полон уж, что ли, очень карман-то? -- пошутил Зверинцев, щуря один глаз на Дину.
-- Ну... где! -- даже удивился Молоток.-- А так... изворачиваемся!
И, помолчав, пояснил:
-- Карман, братец ты мой, барин Михаил Августович, у нашего брата никогда не может быть полон, не с чего. А вот на что я счастлив, так это -- в добрый час молвить, в худой промолчать,-- работников у меня в избе много... Ребята крепкие, снохи здоровые, не ленюги... Выходит, стало быть, все себя оправдывают, даром хлеба не едят, ну и ничего, жить можно... Это, милый ты человек, в нашем быту самое первое, чтобы захребетников не было, завелись нерабочие рты -- шабаш! съедят!
Дина слушала и думала про себя: "Вот оно -- деревенское-то буржуйство!"
Но Зверинцев возражал:
-- Стариков же своих кормите...
-- Как не кормить? -- согласился Молоток.-- Стариков нельзя не кормить. Родителей кормить мы всегда согласны... Дело божеское.