ДЯДЯ. Мило вы выражаетесь о дѣвушкѣ, о вашей дочери.
ДѢДУШКА. Свои люди. Жениховъ тутъ нѣтъ.
ДЯДЯ. Не о Клодинѣ рѣчь. Елена Николаевна отличаться изволятъ.
ДѢДУШКА. Эва! Новости! Ты бы еще что-нибудь объ Екатеринѣ Великой, что ли...
ДЯДЯ. Я ее выведу на чистую воду.
ДѢДУШКА. Не твой департаментъ. У Лили мужъ есть. Тебѣ-то что?
ДЯДЯ. То, что я ненавижу лицемѣріе и жестокость. Сейчасъ она -- предъ всѣми нами -- ошельмовала, изсрамила, выгнала изъ дома Надежду эту несчастную.
ДѢДУШКА. Да, братецъ, жаль. Совершеннѣйше жаль. Дѣвка, я тебѣ скажу, малина. Ты не зѣвай.
ДЯДЯ. У васъ, папаша, одно на умѣ! Не въ малинѣ суть, а въ томъ, что Надежда не виновата. Въ связи съ Ѳедоромъ не она оказывается, но наша блистательная Лили!
ДѢДУШКА. Врешь?..