Алябьевъ. Кондотьеры умѣли умирать, Митя!
Митя. Кто теперь не умѣетъ умирать?
Алябьевъ. Я думалъ, что вамъ нужны люди отчаянія, которымъ жизнь не дорога и смерть желанна.
Митя. Вы ошиблись. Намъ нужны люди надеждъ, которые такъ любятъ жизнь, что, за мечту лучшей жизни, умираютъ съ улыбкою на губахъ. Не большой подвигъ, Алексѣй Никитичъ, выбросить на улицу жизнь, изношенную до невозможности терпѣть ее дальше.
Алябьевъ. "Пожертвуйте, что вамъ не нужно!"
Митя. Какъ?
Алябьевъ. Есть такое газетное объявленіе... Рваную обувь, битое стекло, ржавые гвозди -- есть куда помѣстить, а ненужную жизнь -- хоть въ мусоръ вали! (Стучатъ) Не смущайтесь. Это или Анастасія, или Татьяна Романовна.
(Митя скрывается).
Княгиня Настя (входитъ, туалетъ утренній). Здравствуй, Алеша, милый... Таня говоритъ: ты на охоту ѣдешь?
Алябьевъ. Да. Вчера лукаши приходили. Обошли лосей.