И вдруг прибавил:
-- Вы мне гораздо больше нравитесь... С удовольствием ставлю вам пять. До приятнейшего свидания!
Удивительно, что этот на редкость умный, проницательный, тактичный, образованный человек имел некоторые совершенно детские капризы и слабости. Так, было очень простое средство стяжать неблаговоление Сергиевского навсегда: стоило только подойти к нему под благословение в стенах университета. А то другая картина: Сергиевский величаво всплывает вверх по чугунной лестнице, а за ним мчится, якобы с спешным вопросом, какой-либо шаловливый первокурсник.
-- Батюшка!
Сергиевский -- ни звука, словно не ему говорят.
-- Отец протоиерей!
Сергиевский молчит, но несколько замедляет шаг.
-- Николай Александрович!
Сергиевский в молчании обращает к студенту суровое лицо.
-- Господин профессор!