Въ вагонѣ насупротивъ Ольги помѣстилась молодая женщина, краснолицая, веселая, вымившая. Едва поѣздъ тронулся, какъ Ольга и попутчица ея разговорились, а уже за первою станціей были пріятельницами. Замѣтивъ, что Ольга ѣдетъ ужъ очень налегкѣ и голодная, женщина угостила ее баранками, колбасою, чаемъ, водкою. Водки Ольга не пила, а попутчица прихлебывала усердно и вскорѣ стала столь весела, что обратила на себя вниманіе кондуктора и настолько заполонила его сердце, что получила приглашеніе "погостить" у него въ служебномъ отдѣленіи. Веселая особа согласилась, но -- предъ уходомъ -- попросила Ольгу припрятать маленькій узелокъ.
-- Потому, -- шептала она, -- я къ вамъ, милая, довѣріе получила, а кавалеръ этотъ -- кто-жъ его знаетъ? Напоитъ, да оберетъ... А тутъ у меня, миленькая, пачпортъ, да двѣнадцать рублевъ денегъ.
И ушла.
Ольга знала, что спутницу ея зовутъ Акулиной Ивановной, что она крестьянская дѣвица Некормленной губерніи, Пустопорожней волости, деревни Заплатина, Неурожайки тожъ, -- что она ѣдеть на готовое мѣсто, выписанная, по рекомендаціи отъ конторы, бѣлою кухаркою, въ незнакомую чиновничью семью въ городокъ К... Препроводительное письмо, по просьбѣ Акулины Ивановны, она сама ей читала: оно лежало тутъ же, съ паспортомъ, съ деньгами. Ей было до боли завидно этой бойкой, сытой, устроенной при мѣстѣ, женщинѣ, и жаль своихъ собственныхъ неудачъ. Она думала о своей судьбѣ и ея, и готова была помѣняться съ нею хоть сейчасъ своимъ ненужнымъ ей, нищимъ дворянствомъ, и своимъ забытымъ полуобразованіемъ. Думала, покуда не уснула.
Проснулась отъ внезапной остановки поѣзда. Кругомъ -- поле, брезжитъ разсвѣтъ, люди бѣгутъ мимо оконъ, по насыпи, машутъ руками, что-то кричатъ.
-- Что случилось?
-- Женщину убило. Съ поѣзда свалилась. На смерть! Вздумала на ходу изъ вагона въ вагонъ перейти, -- ну, а хмельная была. Её и стрясло. Такъ -- всю голову въ лепешку.
Женщина эта была веселая Акулина Ивановна.
И вдругъ -- точно молніей озарило Ольгу: а узелокъ-то!? Вѣдь, онъ у нея, у Ольги. Тамъ -- паспортъ, тамъ -- рекомендація... Вѣдь это, значитъ, сразу на готовыя харчи?.. Въ поѣздѣ никто ея, Ольги, не знаетъ, Акулины Ивановой тоже...
И когда, на ближайшей станціи, былъ составленъ протоколъ о происшествіи, и Ольгу, какъ сосѣдку погибшей по вагону, жандармъ спросилъ: