-- Что надо?-- хмуро и брезгливо начал Симеон, как скоро Епистимия, покорно и преувеличенно согнувшись, со смиренным видом безотказно подчиненного человека исчезла за дверь в коридор.
Виктор ответил:
-- Денег.
-- Сколько?
-- Все.
Симеон вскинул на него недоумевающие глаза.
-- То есть?.. Не понимаю... объяснись.
-- Все, что осталось мне получить с тебя по дядюшкиному наследству.
Прошла минута тяжелого молчания. Симеон возвысил голос, стараясь быть насмешливым:
-- Ты трезвый?