Долгое молчаніе.
Синевъ. А, вы думаете, я ее не подозрѣваю?
Сердецкій въ ужасѣ, отшатнулся.
Если бы я хотѣлъ… Да другой слѣдователь давно бы арестовалъ ее!..
Сердецкій. Богъ съ вами! Да гдѣ же данныя?
Синевъ. Мы только-что пересчитали ихъ.
Сердецкій. Ничего опредѣленнаго, одни предположенія.
Синевъ. Эхъ, милый человѣкъ, сотни людей шли на Сахалинъ на основаніи гораздо слабѣйшихъ уликъ.
Сердецкій. Да вѣдь вы всю жизнь ея знаете… безупречную, чистую!.. Такое прелестное возвышенное существо…
Синевъ. Какъ будто совершаютъ преступленія только изверги рода человѣческаго. Какъ будто нѣтъ моментовъ, когда преступленіе — стихійная необходимость, когда оно подвигъ? Гдѣ ваша психологія, Аркадій Николаевичъ?