Ее въ ночи прошедшей нашептали.
Владимиръ. Какія тѣни?
Рогнѣда. Старый Рогволодъ,
Родитель мой, и мужи полочане,
Убитые тобой...
Владимиръ. Семь лѣтъ прошло,
Семь лѣтъ молчала ты. Теперь охота
Пришла изъ гроба мертвыхъ вызывать?
Рогнеда. Я не звала; они явились сами
И говорили: насъ тебѣ не жаль,