Кистяковъ. Ужъ больно вы строги, Вильгельмъ Александровичъ. Мы народъ вольный. Серьезную марку выдерживать -- не могимъ.
Леманъ. Гдѣ ужъ намъ, пролетаріямъ, оцѣнить напримѣръ, такое cri de Paris?
Указываешь на рединготъ Рехтберга.
Рехтбергъ ( съ любезною улыбкою). Господа, вы в заблужденіи...
Берта. Я думаю, вамъ цыганщина наша страсть осточертѣла?
Рехтбергъ. Какъ вы изволили?
Берта. Осточертѣла. Это отъ ста чертей.
Леманъ. Для статистики, знаете. Когда человѣку такъ скучно, что онъ чертей до ста считаетъ.
Маргарита Николаевна ( Лештукову). Рѣшено, завтра ѣдемъ.
Лештуковъ. Завтра?