Ковчеговъ. Во главу стола, конечно, предводителя посадимъ... Ваше превосходительство! На два слова...
Взялъ предводителя подъ руку, и оба, скрылись за колоннами.
Исправникъ. A спорить съ нимъ безполезно-съ. Да еще вы его споромъ раздражите, a онъ на насъ вымѣстить.
Вихровъ. Безъ ужина, что ли, оставить?
Исправникъ. Хуже-съ: постными щами накормитъ... арестантскою баландою... въ пустышку-съ.
Вихровъ. Чортъ знаетъ, что.
Исправникъ. А, что онъ вамъ хозяйничать предлагалъ, -- это ничего-съ, это никому не въ обиду. Вы, все-таки, нашъ братъ, человѣкъ благородный, a вѣдь онъ могъ и эту свинью, своего прихвостня Хлопонича, посадить...
Уходятъ. Сцена пустѣетъ. Князь, прислонясь къ колоннѣ, сухо откланивается послѣднимъ уходящимъ. При немъ остается Хлопоничъ. Муфтель, вытянувшись, стоитъ въ глубинѣ, за колоннами, y входа на террасу.
Князь ( тяжело идетъ). Княгиню я видѣлъ сегодня, Хлопоничъ, Матрену Даниловну.
Хлопоничъ. Съ нами крестная сила, ваше сіятельство? Можетъ ли быть-съ? Какъ же это? Гдѣ?