— А ты меня еще больше… Лучше бы тебе не родиться на свет, чем так опозориться!..
Изидоро прервал его:
— Оставим это, дядя! Я, может быть, хуже вас стреляю, но обид прощать не умею и привык за них расплачиваться.
— Это хорошо, — спокойно одобрил Витторио, — я сам такой. Откуда у тебя это ружье?
— Я украл его у Сбольджи, когда он пошел с товарищами в трактир выпить за свою победу, — ведь второй-то приз присудили ему.
— Украл, чтоб убить меня, не так ли?
— Да, дядя. Нам теперь нельзя жить вдвоем на свете.
— Гм… Отчего же ты не выстрелил в меня, когда спрятался за орешником?
— Мне показалось нечестным, если я нападу на вас врасплох.
— Это хорошо! — опять одобрил старик.