-- По старому товариществу? а?
-- Пожалуйста, пожалуйста... все, что могу... конечно...
-- Ведь едят у нас новеньких-то и молоденьких... живьем заглатывают...
-- Перестань уж! Отпусти ты, плакальщица, его душу на покаяние!-- вступилась наконец покинувшая свою качалку Маша Юлович.-- Ученицы твоей я не знаю, но тебя... заглотаешь тебя, бедненькую! как же! Скорее ерша с хвоста и ежа против шерсти. Это даже не щучий,-- акулий рот надо иметь, душечка!
Рахе в стороне угрюмо говорил Мешканову:
-- Назначайте на завтра урок из Тамара для госпожа Наседкина. Ви будете показал ей mise en scène {Мизансцены (фр.).}. Поглядаем... н-ню... sehr interressant... {Очень интересно... (нем.).} поглядаем...
Мешканов почтительнейше расшаркался и раскланялся пред Светлицкою.
-- Александра Викентьевна, ме комплиман -- анкор и миль фуа! {Мои поздравления -- еще и тысяча раз! (фр.)} Вы к нам таких почаще приводите...
-- Спасибо, родной! Рада бы, батюшка! Душою бы рада! Да где взять? Одна -- за сколько лет -- выискалась...
Она сантиментально пригорюнилась.