Несмотря на свою несомненную доброту, он был немножко формалистом. Старые швейцары учили молодых студентов, имевших надобность в Сергиевском, чтобы в стенах университета отнюдь не адресоваться к нему как к духовному лицу. Он все любил в свое время и на своем месте.
-- Батюшка!.. -- взывает к Сергиевскому студент в дверях аудитории. Сергиевский идет и не внемлет.
-- Отец протоиерей!
Никакого ответа.
-- Господин профессор.
-- Что прикажете, господин студент? -- моментально отзывается Сергиевский.
Наоборот, студент, обратившийся к о. Сергиевскому с "господином профессором" в притворе университетской церкви, получал от него порядочный нагоняй и внушение, что "здесь я служитель церкви, протоиерей, духовный отец, батюшка, а не ваш профессор"...
* * *
В книге А.А. Кизеветтера приведено довольно много анекдотов для характеристики знаменитого московского профессора богословия, протоиерея Н.А. Сергиевского7. Некоторые из них, по своей общеизвестности, стали уже классическими ("Батюшка!" -- "Извините, господин студент, я не имел чести знать вашей матушки"). Иные совпадают, как варианты, с переданными мною в "Восьмидесятниках"8. <...>
У нас на юридическом факультете ставленье отметок по льготному способу Троицкого9 практиковалось многими профессорами, не исключая даже Ключевского, который прямо предлагал студенту: