— Еще!

— Максимилиан Габсбургский, император Мексиканский…

Еще ближе лицо Лалы, и в глазах уже человеческий свет.

— Еще!

— Максимилиан Габсбургский, император Мексиканский…

Лала была теперь совсем со мною и такая же, как всегда, только утомленная до того, что на нее было страшно смотреть. Я тоже чувствовала себя разбитою.

— Теперь ты поверишь, — сказала она, свистящим голосом, обливаясь потом по лицу. Он уже здесь.

Я огляделась и пожала плечами.

— Комната пуста, — возразила я, — ты ошибаешься: я не вижу никакого Максимилиана…

— А это — кто? — вдруг спросила она спокойно, тихо, почти шепотом, но опять с тем страшным, нечеловеческим звездным взором, показывая рукою на двери через террасу, в цветник… Я взглянула, буквально чувствуя, что она ведет пальцем своим глаза мои, будто привязанные на веревке.