В записках о. игумена Антония нашелся листок, на котором написано 12 добрых друзей (монаха и всякаго христианина). 1) Правда -- от смерти избавляет. 2) Чистота -- к Богу присвояет. 3) Молитва с постом -- с Богом соединяет. 4) Любовь... Идеже любовь тут и Бог пребывает. 5) Смирение со благодарением, -- егоже сам сатана трепещет. 6) Разсуждение, -- выше всех добродетелей. 7) Послушание -- святое дело и скорый путь ко спасению, 8) Воздержание, -- ему же несть заповеди. 9) Труды, -- телу честь и душе спасение. 10) Покаяние, -- самая радость Богу и ангелам. 11) Неосуждение, -- без труда спасение. 12) Милость, -- Самого Бога дело. Всякий монах, если хочет быть истинным монахом, должен по силе своей облекаться во все сии оружия духовныя, держась каждаго в свое время, по потребности, смотря по мере своего устроения и силы телесной и душевной, а не так, чтобы избирать какое вздумается, а другая оставлять, когда в них бывает существенная потребность. -- Главное всякому должно иметь, по слову Лествичника, самопознание, т. е. знать свои силы телесныя и недуги душевныя, чтобы неразсудно не употреблять первых и не усиливать последних.

Считаю уместным приложить ответ Варсонофия В. о ложном умилении.

Вопрос. "Многократно случается, что мне приходит на память страх Божий, и вспомнив суд оный, я тотчас умиляюсь. Как я должен принимать память о сем?"

-- Ответ. "Когда сие приходит тебе на память, т. е. когда почувствуешь умиление о том, в чем согрешил ты в ведении и неведении, то будь внимателен, как бы сие не произошло, по действию диавольскому, на большее осуждение. А если спросишь: как распознать истинную память от приходящей по действию диапольскому, то выслушай. Когда придет тебе таковая память и ты стараешься делами показать исправление: то это есть истинная память, чрез которую прощаются грехи. А когда видишь, что вспомнив (Страх Божий и Суд) умиляешься и потом снова впадаешь в те же, или худшие грехи, то да будет тебе известно, что такое припоминание от сопротивнаго, и что демоны влагают в тебя оное к осуждению души твоей. Вот тебе два ясные пути. -- Итак, если желаешь бояться осуждений, бегай дел его".

О Г-ке, чтобы вам там поселиться, -- выбрось из головы. -- И напрасно вы об этом безпокоили брата, не спросившись.

Как можно монахам жить в деревне? Бог даст, будут у вас средства и для прожития в монастыре; лишь должно заботиться о монашеском смирении и монашеском исправлении по силе. Также неправильно недоумение твое или, вернее, мнение: не полезнее ли жить вам с сестрою порознь, или не лучше ли для вас будет продать келлию. Все такие мнения и недоумения должно оставить без всяких размышлений, и жить пока с сестрою как жили, предаваясь воле Божией и всегда помня совет апостола: друг друга тяготы носите и тако исполните закон Христов. Жить совершенно безмолвно, без всяких попечений, нисколько не заботясь ни о келейных, ни о других потребностях, -- дело выше нашей меры, когда видим, что прежние отцы, -- и совершенные, -- заботились о пище своей каждый по своей мере, хотя и мало заботились, и безстрастно, но заботились. -- Кольми паче нам немощным и страстным должно в этом случае смириться и позаботиться о плоти своей по слову апостола, питая оную и грея по потребности, а не прихотливо.

Дело о келейных своих разсмотрите сами хорошенько. -- При оскудении средств, если можете довольствоваться одною келейною, то держите хоть одну.

Мир тебе! и духови твоему. В мире место Божие.

-- 79. Самообман в заботе о ближнем

Заботливость твоя об успокоении м. N простирается до излишней крайности, и чувство в тебе это смешанное с некоторою тонкою прелестию; -- предполагать успокаивать ближняго тогда, когда нас об этом не просят, и может быть, надобности в этом не будет. Когда же на самом деле придется показать любовь к ближнему, тогда окажутся у нас совсем иныя чувства, и язык наш возглаголет совсем не то, что предполагали мы прежде касательно непрошенаго успокоения ближняго. Тогда на самом деле виднее будет, что нужно будет сделать для м. N.