"Вотъ въ какомъ направленіи мнѣ слѣдуетъ работать, и вотъ тѣ люди, для которыхъ я долженъ работать. Всѣ эти звонкія слова насчетъ прогресса держатся въ сторонѣ отъ народа, всѣ эти громкія фразы -- одни софизмы. Ихъ придумали, чтобы отдѣлаться отъ разъѣдающаго противорѣчія...
"И я послалъ мой отказъ Географическиму обществу."
Въ слѣдующемъ году Кропоткинъ уже становится членомъ кружка Чайковскаго. Цѣлью этого кружка сперва было лишь саморазвитіе. Члены кружка считали, что для всякой общественной дѣятельности прежде всего необходимы нравственно развитые люди. Они мечтали подготовить цѣлый рядъ такихъ людей, которые могли бы разбудить дремлющія массы народа и направить ихъ на борьбу за попранныя права человѣка, за лучшее будущее. Среди этой подготовительной работы въ 1874 году Кропоткинъ былъ арестованъ и посаженъ въ Петропавловскую крѣпость, гдѣ вѣроятно бы и погибъ отъ невыносимыхъ для здоровья условій, если бы его не перевели въ госпиталь, откуда ему удалось бѣжать въ 1876 году и пробраться за границу.
За границей убѣжденія Кропоткина окончательно сформировались, и онъ сталъ однимъ изъ самыхъ выдающихся проповѣдниковъ того ученія, которое извѣстно подъ названіемъ анархизма.
Основнымъ закономъ человѣчества, по мнѣнію Кропоткина, является стремленіе отъ менѣе счастливаго къ болѣе счастливому состоянію. Изслѣдуя жизнь человѣчества, мы замѣчаемъ, что оно состоитъ изъ обществъ, цѣлью которыхъ, какъ и всего человѣчества, является доставленіе своимъ членамъ наибольшаго количества счастья, при наименьшей затратѣ человѣческой силы. То, что называютъ обыкновенно прогрессомъ, есть вѣрный путь, ведущій къ этой цѣли. На пути къ такому счастью люди встрѣчаютъ разнообразныя препятствія.
"Новыя идеи всюду зарождаются и стремятся пробиться наружу и найти примѣненіе въ жизни; но развитіе ихъ задерживается инертностью (неподвижностью) тѣхъ, чьи интересы требуютъ поддержанія стараго порядка, и идеи эти задыхаются подъ гнетомъ давно отжившихъ предразсудковъ и традицій... Политическія, экономическія и общественныя учрежденія рушатся, и общественное зданіе, ставшее непригоднымъ, лишь препятствуетъ развитію тѣхъ ростковъ, которые пробиваются сквозь его щели и вокругъ него... Тогда наступаетъ пора великихъ событій, круто порывающихъ нить исторіи и выбивающихъ человѣчество изъ наѣзженной колеи на новый путь. Революція становится необходимостью... Человѣкъ созналъ свое мѣсто въ природѣ, онъ созналъ, что учрежденія суть ни что иное, какъ его же созданія, и что имъ однимъ они могутъ быть пересозданы"...
Способы пересозданія общества, конечно, для каждаго могутъ представляться различными. Но, при всѣхъ различіяхъ во мнѣніяхъ, по мнѣнію Кропоткина, всегда должно быть признано одно основное требованіе безусловно необходимое для достиженія счастья человѣчества. "Требованіе это,-- говоритъ Кропоткинъ,-- можно выразить въ видѣ слѣдующаго положенія: поступай съ другими такъ, какъ ты желалъ бы, чтобы поступали съ тобою при тѣхъ же условіяхъ."
Рядомъ съ этимъ требованіемъ Кропоткинъ выставляетъ еще требованіе, дополняющее первое; "будь силенъ, предавайся со всей страстью мышленію и дѣятельности, такъ чтобы они били ключемъ -- и тогда твой умъ, твоя любовь и твоя энергія перельются въ окружающихъ."
Но дѣятельность человѣка на своемъ пути встрѣчаетъ разнообразнѣйшія препятствія, въ числѣ которыхъ наиболѣе существенными являются: право, то есть законы въ связи съ ихъ исполнительными органами,-- государство и частная собственность.
"Законъ, по мнѣнію Кропоткина, представляетъ искусное смѣшеніе обычаевъ, полезныхъ для общества, которые соблюдались бы и помимо законовъ, и другихъ обычаевъ, которые выгодны лишь господствующему меньшинству, массамъ же приносятъ вредъ и могутъ поддерживаться лишь путемъ устрашенія... Законъ, бывшій сначала лишь собраніемъ обычаевъ, способствовавшихъ сохраненію общества, теперь является въ рукахъ богатыхъ бездѣльниковъ лишь орудіемъ эксплоатаціи и порабощенія трудящихся массъ." "Что же касается до законовъ уголовныхъ, то большею частью они являются ничѣмъ инымъ, какъ орудіемъ мести со стороны государства, мести, унаслѣдованной отъ временъ варварскаго состоянія, мести, возведенной государствомъ въ законъ."