Да, это будетъ лучше всего!
"Рыцарь индустріи"!.. Я остановлюсь на немъ!..
Сейчасъ онъ герой момента и пройти мимо него невозможно. Правда, въ разсказѣ будетъ мало поэзіи, онъ будетъ тяжелымъ и грузнымъ, какъ рождественскій гусь, но это ничего! Въ этой тяжести есть, пожалуй, своего рода "тыловой" символъ.
За сюжетомъ ходить недалеко, хоть о томъ же Федорѣ Ивановичѣ разсказать. И ему пріятно. Всю жизнь мечтала, о томъ, чтобы его знали и завидовали ему
Долго ему не везло въ этомъ. Знать-то, пожалуй, знали, многіе знали, но какъ-то не замѣчали его; а ужъ позавидовать, конечно, никто, не подумалъ-бы: нечему было.
Околачивался всегда человѣкъ вокругъ крупныхъ "коммерсантовъ",-- какъ онъ говорилъ,-- исполнялъ ихъ, часто рискованныя, порученія, терся въ переднихъ всякаго рода "коммерческихъ конторъ": пробирался съ задняго хода и къ разному начальству.
Опредѣленной профессіи у него не было, но онъ всегда торопился, всегда вынюхивалъ что-то, ловилъ кончикомъ уха каждый, казавшійся ему многообѣщающимъ, звукъ...
Богатые люди были его недосягаемымъ идеаломъ. Особенно богатые купцы. Ему казалось, что только они умѣютъ эффектно, съ шикомъ пользовался своимъ богатствомъ.
-- Кто умѣетъ такъ ловко, смачно считать пачки ассигнацій!.. Такъ самоувѣренно разговаривать жирнымъ баскомъ, такъ одѣвать жену, обставлять квартиру!..
Къ женѣ своей Федоръ Ивановичъ относился равнодушно: некогда ему было въ вѣчномъ шмыганьи думать о ней: но при встрѣчахъ съ богато одѣтыми женщинами представлялъ себѣ жену въ каракулевомъ пальто, рядомъ съ собой, и у него духъ захватывало отъ удовольствія.