Перевод Анны и Петра Ганзен.
Мастер был крестный рассказывать. Сколько он знал разных историй -- длинных, интересных! Умел он также вырезывать картинки и даже сам отлично рисовал их. Перед Рождеством он обыкновенно доставал чистую тетрадку и начинал наклеивать в нее картинки, вырезанные из книжек и газет; если же их не хватало для полной иллюстрации задуманного рассказа, он сам пририсовывал новые. Много дарил он мне в детстве таких тетрадок, но самую лучшую получил я в тот "достопамятный год, когда Копенгаген осветился новыми газовыми фонарями вместо прежних ворванных". Это событие и было отмечено на первой же странице.
-- Этот альбом надо беречь! -- говорили мне отец и мать. -- Его и вынимать-то следует только в особых случаях.
Но крестный надписал на обложке:
Коль книжку разорвешь -- беды еще нет!
Другие похуже творили, мой свет!
Лучше всего было, когда крестный сам показывал альбом, читал стишки и прочее, что в нем попадалось, а к этому еще многое добавлял от себя. Вот тогда-то история становилась настоящей историей!
На первой странице красовалась картинка, вырезанная из "Летучей почты" ["Kjobeubavns Flyvende Post" -- весьма влиятельный в свое время литературный орган, основанный И. А. Гейбергом в 1827 г. (Примеч. перев.)]; на ней виднелась "Круглая Башня" и церковь Богоматери; левее этой картинки была наклеена другая, изображавшая старый фонарь с надписью: "Ворвань", а правее -- третья, изображавшая новый фонарь с газовыми рожками и надписью: "Газ".