-- Да, одежда ваша вся в клочьях! -- заметила Франческа. Дженаро схватился за полу сюртука.
-- Этот клок я оставил на терновом кусту! И Бог знает, как это я заблудился! Вечер был такой прекрасный, но стемнело как-то вдруг, я хотел сократить себе дорогу, да и совсем сбился с нее.
Франческа и Фабиани посмеялись над его приключением; я тоже; ведь мне-то оно было известно лучше, чем другим; затем мы все выпили за его здоровье. Вино было превосходное и привело нас в самое веселое расположение духа. Когда мы разошлись по своим комнатам, ко мне вошел полураздетый Дженаро; его комната приходилась рядом с моей. Он, смеясь, положил мне руку на плечо и дружески посоветовал не слишком мечтать о молодой красавице, виденной нами утром.
-- Поцелуй-то все-таки достался мне! -- шутливо сказал я.
-- Да, да! -- ответил он, смеясь. -- И вы думаете, что она обделила меня своей благосклонностью?
-- Кажется!
-- Ну, нет, этого еще со мной не случалось! -- сухо возразил он, словно его обидели. Но вот на губах его снова заиграла улыбка, и он шепнул мне: -- Я бы рассказал вам кое-что, да будете ли вы скромны?
-- Расскажите, расскажите! -- попросил я. -- У меня не вырвут ни словечка! -- И я приготовился слушать его сетованья по поводу неудачного похождения.
-- Я нарочно забыл сегодня в саду красавицы мою записную книжку, чтобы иметь предлог вернуться туда вечером. В эту пору женщины не так строги. Так вот где я был! И платье я разорвал, перелезая через забор в ее сад.
-- Ну, а красавица-то что же? -- спросил я.