-- Сейчас, когда я услышал от вас, что вы бывали ребенком в Риме, а не провели, как я думал, все ваше детство в Испании, воспоминание, которое возникло в моей душе в первый же раз, как я увидел вас в роли Дидоны, ожило вновь. Не случалось ли вам ребенком, в числе других детей, говорить рождественскую проповедь перед образом младенца Иисуса в церкви Арачели?
-- Да, да! -- живо подхватила она. -- А вы, значит, Антонио, тот самый мальчик, которым все так восхищались тогда?
-- И которого вы затмили! -- ответил я.
-- Так это были вы! -- воскликнула она и, схватив меня за руки, ласково поглядела мне в глаза. Старуха придвинула свой стул поближе и серьезно посмотрела на нас. Аннунциата рассказала ей, в чем дело, и старуха сама улыбнулась такому обновлению старого знакомства.
-- Матушка моя и все другие просто наговориться не могли о вас! -- сказал я. -- Ваша нежная, почти эфирная фигурка, мягкий голосок -- все восхищало их, и я завидовал вам. Мое тщеславие не допускало, чтобы кто-нибудь мог затмить меня!.. Как, однако, странно переплетаются жизненные пути людей!
-- Я хорошо помню вас! -- сказала она. -- На вас была надета коротенькая жакетка с блестящими пуговицами; они-то больше всего и заинтересовали меня тогда.
-- А у вас, -- подхватил я, -- на груди красовался великолепный красный бантик! Но меня-то занимал главным образом не он, а ваши глаза и черные как смоль волосы! Да, как мне было не узнать вас! Вы и не изменились почти, только черты лица стали еще выразительнее! Впрочем, я узнал бы вас, если бы вы изменились и куда больше. Я сейчас же высказал свои предположения Бернардо, а он-то спорил со мною, воображая совсем другое...
-- Бернардо! -- произнесла она, как мне показалось, дрожащим голосом.
-- Да, -- продолжал я, несколько смутившись, -- ему тоже показалось, что он знает вас, то есть видел вас раньше, совсем при иных обстоятельствах, противоречивших моему предположению! Ваши черные волосы, ваши глаза... Только не рассердитесь за это, он теперь и сам переменил мнение!.. При первом взгляде на вас он принял вас за... -- тут я остановился, -- за... не католичку! И, значит, я не мог слышать вас в церкви Арачели.
-- Он думал, может быть, что я одной веры с моей воспитательницей? -- сказала Аннунциата, указывая на старуху.