Перевод Анны и Петра Ганзен.
В лесу, высоко на круче, на открытом берегу моря стоял старый-престарый дуб, и было ему ровно триста шестьдесят пять лет, -- срок немалый, ну а для дерева это все равно что для нас, людей, столько же суток. Мы бодрствуем днем, спим и видим сны ночью. С деревом дело обстоит иначе: дерево бодрствует три времени года и засыпает только к зиме. Зима -- время его сна, его ночь после долгого дня -- весны, лета и осени.
В теплые летние дни вокруг его кроны плясали мухи-поденки; они жили, порхали и были счастливы, а когда одно из этих крошечных созданий в тихом блаженстве опускалось отдохнуть на большой свежий лист, дуб всякий раз говорил:
-- Бедняжка! Вся твоя жизнь -- один-единственный день! Такая короткая... Как печально!
-- Печально? -- отвечала поденка. -- О чем это ты? Кругом так светло, тепло и чудесно! Я так рада!
-- Да ведь всего один день -- и конец!
-- Конец? -- говорила поденка. -- Чему конец? И тебе тоже?
-- Нет, я-то, может, проживу тысячи твоих дней, мой день тянется целые времена года! Ты даже и сосчитать не можешь, как это долго!
-- Нет, не понимаю я тебя! У тебя тысячи моих дней, а у меня тысячи мгновений, и в каждом радость и счастье! Ну, а разве с твоей смертью умрет и вся краса мира?