-- Наш молодой друг господин Георг, не совсем чужой вам! Генеральша поклонилась, дочка чуть было не протянула ему руку.
-- Так это наш господин Георг! -- сказал генерал. -- Как же, мы старые знакомые, соседями были! Charmant!
-- Вы совсем превратились в итальянца! -- заметила генеральша. -- И, верно, говорите по-итальянски, как уроженец Италии?
Сама генеральша -- заметил генерал -- только пела по-итальянски, а не говорила.
За столом Георг сидел по правую руку Эмилии. Вел же ее к столу сам генерал, а граф вел генеральшу.
Господин Георг вел беседу, рассказывал, и прекрасно рассказывал. Он был душой всего общества, хотя граф тоже мог бы постоять за себя в этом отношении. Эмилия молчала, вся превратившись в слух, а глаза ее так и блестели.
После обеда она и Георг очутились на террасе; высокие кусты роз скрывали их от взоров остального общества. Георг заговорил первый.
-- Позвольте поблагодарить вас за ваше дружеское отношение к моей матери! -- начал он. -- Я знаю, что в ночь смерти моего отца вы не оставляли ее, пока он не закрыл глаза. Благодарю вас!
И он взял ручку Эмилии и поцеловал. Что ж, это было вполне кстати. Девушка вся вспыхнула, но все-таки пожала в ответ его руку и взглянула на него своими славными голубыми глазами.
-- Ваша матушка была такая милая! Как она любила вас! Она давала мне читать все ваши письма, так что я, пожалуй, немножко знаю вас!.. Как вы были добры ко мне в детстве, дарили мне картинки!..