— Хотите, научу вас так писать?
— Да что вы? — притворно удивилась Тамара, и тотчас же согласилась: — Конечно, хочу!
Слуху, привыкшему к ленивому Московскому «канешна», отчетливое тамарино «конечно» показалось новым и не неприятным.
— Да ведь время много нужно. Поди, за год не научишься? — с сомнением пропела она.
— Ну, что вы! Мы по-стахановски, за месяц одолеем, — возразил я, глубоко заглядывая ей в глаза. Без тени смущения, она смело смотрела на меня.
— Заключаем договор, с этого дня я буду подсчитывать ваши ведомости и учить вас каллиграфии. Согласны?
— Идет! — с жаром воскликнула она и протянула руку. Я протянул свою — Она с силой шлепнула ладонью по моей и крепко сжала её. Пальцы у нее были железные.
— А кто нас будет проверять?
— Зачем? — возразил я. — Мы и без контролеров обойдемся.
— Точно! — вскричала Тамара и громко расхохоталась. Я опять поморщился и чуть было не попросил её начать отвыкать от «точно», если она хочет брать уроки у меня, но удержался, решив подождать. Посмеиваясь, я спросил: