-- Блоха? ха-ха! -- пока жена не рассердилась на него и не потребовала, чтобы он потушил свечу.
Наступила ночь. Весь дом спал, и было тихо, и в тишине слышно было, как стоит дорогая мебель. Самоуверенно и грозно стояла она, и когда в столовой били часы, словно тихий торжествующий смех пробегал по разбросанным островами креслам, по хрусталю и белым, как оскаленные зубы, клавишам фортепиано. Смутно играли смутные тени и блики, и казалось, что между вещами в извилистых и узких проходах неслышно скользит какая-то робкая и пугливая тень.
Публикация В. П. Коршуновой