Т е л е м а х о в (яростно). Прошу не сравнивать!
Молчание. Темнеет. На некоторых дачах загорелись первые вечерние огоньки. Около станции тяжело и медленно сопит и лязгает железом поезд.
Не понимаю. Психологических загадок решать не умею! Каждая кошка на лестнице, и та знает, а ты как с неба свалился. Впрочем, я биолог и реалист, - извиняюсь.
С т о р и ц ы н. Не веришь?
Т е л е м а х о в (пожимая плечами). Верю. Володька головотяп, и тот ушел. В конце концов надо платить, Валентин Николаевич... ты мне позволишь внести деньги?
С т о р и ц ы н. Нет, не позволю.
Т е л е м а х о в. Значит, суд и позор, пусть улица хохочет! Японская месть - взрезать себе живот, чтобы им стыдно было? Не могу удержаться, чтобы дружески не сказать тебе, Валентин Николаевич: трижды глупо! Им арестантские легче, чем тебе свидетельское кресло... если только свидетельское.
С т о р и ц ы н. Да? Во всяком случае, благодарю тебе! за дружеское предложение.
Т е л е м а х о в. Не стоит. Извиняюсь, что побеспокоил!
С т о р и ц ы н. Ты сейчас едешь? Мы едем с первым поездом, вероятно, вместе? Я еще раз благодарю тебя: если не слова твои, о которых позволь мне иметь свое мнение, то твой поступок вполне дружеский. Как похолодело однако.