Т е л е м а х о в. А я потихоньку вперед пойду, на форме подожду. Я не из ходоков. Ведь и сделают же люди калитку!
Выходит. Сторицын и Людмила Павловна одни.
Л ю д м и л а П а в л о в н а (торопливо). Валентин Николаевич, не ездите домой. Не ездите.
С т о р и ц ы н. Так надо.
Л ю д м и л а П а в л о в н а. Ну, тогда - я люблю вас! Не забывайте, не забывайте!
Молчание.
Л ю д м и л а П а в л о в н а (в отчаянии). Вы молчите? Ну, тогда - вспомните девочку в рваном пальто. Вы не смеете ее забыть, не смеете.
Появляется Модест Петрович; в своем плаще и шляпе он похож на старого итальянского бандита.
М о д е с т П е т р о в и ч. Вот и я. (С судорожным весельем.) И вечер-то такой божественный! Да вы не торопитесь, время еще достаточно... Погодите, а цветы? Цветы-то мы и забыли. Сейчас, сейчас!..
Сторицын и княжна молча, двумя темными силуэтами, стоят у открытой калитки.